Откуда взялось поколение 30-летних девственников и девственниц?

Откуда взялось поколение 30-летних девственников и девственниц?

Казалось бы, времена пуританских нравов давно остались в прошлом. Прошла даже советская эпоха, во время которой было, мягко говоря, не принято публично обсуждать сексуальные темы. Что касается контента для взрослых, то теперь его не нужно разыскивать в виде журналов. Достаточно зайти в интернет, а там — материалы на любой вкус: фото, видео, короткометражные и полнометражные фильмы, сериалы, стримы и даже интим в онлайн-формате…

Так почему же во многих развитых странах Европы и постсоветского пространства так много 30-летних девственников и девственниц? Неужели общество никак не может распрощаться с тяжёлым наследием в виде запретов и табу? Или люди оказались не приспособлены к эпохе всеобщей доступности сексуального контента? В этом и пытаются разобраться сексологи, психологи, журналисты и деятели многих других направлений.

Порно — это ещё не индустрия

Для кого-то это удивительно, но иногда за словом «порно» не скрывается никакое сокращение. Нередко порно — это просто порно, а вовсе не порноиндустрия. А ведь у современного человека обычно очень богатое воображение, за счёт которого он и готов увидеть в сигаре фаллический символ.

Ещё бы, с такими-то фото и видео на каждому шагу! Правда, не каждый догадается, что его воображением управляют с помощью психологии и так называемой социальной инженерии. Но это не так важно.

Важно другое: из-за своего бурного воображения активные потребители порнографического контента часто «дорисовывают» целую индустрию. Что, вообще-то, логично. Спрос рождает предложение, а если есть предложение — значит, где-то есть и производство. Когда развивается производство, появляется рынок. Так?..

Так, да не так! Сам контент 18+ уже давно стал обыденностью. Для многих это уже не то что экзотическое развлечение, а часть привычной жизни. Но при этом сама тема остаётся табуированной. Получается, что нельзя в рамках обычного мероприятия, не условившись об этом заранее, просто так взять и начать обсуждать порно.

Вот что можно сказать о текущей ситуации в этой сфере:

  • большинство развитых стран уже давно отказались от какой бы то ни было ответственности за просмотр порно — скачивать и смотреть можно что угодно;
  • при этом в большинстве же стран установлены наказания, и весьма серьёзные, за незаконные съёмки порно, так же как за его распространение в любом формате, рекламу и публичный показ;
  • и главная проблема — в законодательстве многих стран, включая Россию, до сих пор много пробелов, из-за которых нельзя чётко определить, когда порно находится в легальном статусе, а когда нет.

В том, что должно быть порноиндустрией, задействовано много людей: режиссёры, продюсеры, актёры, гримёры, а когда речь о фотосессиях — модели и фотографы. Однако из-за законодательных пробелов получается, что все эти люди не могут толком понять, занимаются они законным делом — или же незаконным. А в таких случаях, как известно из общенародной практики, лучше перестраховаться. Поэтому никакой официально утверждённой индустрии до сих пор нет.

Огромное множество людей, включая администраторов сайтов и руководителей онлайн-сообществ, находятся в таком «сером» статусе в большинстве стран. Государств, в которых порнография полностью легализована, почти нет.

Ещё несколько фактов, которые создают спорную ситуацию:

  • чтобы определить, что относится к порнографии, а что не относится, назначают экспертизу, то есть объективных критериев нет;
  • многие участники «призрачной индустрии» недовольны тем, что эксперты в частном порядке определяют принадлежность контента к порно, ведь это означает, что оценка получается субъективной;
  • пока нет объективного разделения на эротику и порнографию, возможны прецеденты, когда то, что в одном случае называют эротикой, в другом оказывается порнографией.

Например, считать ли элементом порно попавшие в кадр гениталии? А фаллоимитатор? А статую обнажённого человека без фигового листка? А классические картины эпохи Возрождения?..

Так при чём тут 30-летние девственники и девственницы? Проблема в том, что в такой обстановке живут не только создатели, но и потребители порноконтента. Даже у людей, которые давно достигли совершеннолетия и могли бы начать полноценную интимную жизнь, в итоге складывается впечатление, что порно — это нечто запрещённое, неправильное, табуированное.

Большую часть контента для «взрослых» достают при помощи сайтов и интернет-сообществ, которые не производят впечатление легальных. Мало кто сходу придумает, как раздобыть порно таким способом, который не кажется запрещённым. А режиссёры признают, что снимать такие видео они перестают не из-за моральных принципов, а из-за экономической невыгодности.

Так называемое пиратство и создаёт в современном обществе обстановку, когда снимать порно невыгодно. Один пиратский сайт закрывают, но вместо него появляется ещё десяток. Как итог, формировать полноценную порноиндустрию во многих странах нецелесообразно. Авторское право тут не охраняется, вся съёмка ведётся вне правового поля, и распространяется этот контент тоже за пределами более-менее легальных каналов.

На этом фоне складывается следующая ситуация:

  • законотворцы ведут своего рода борьбу с ветряными мельницами;
  • отсутствие полноценной индустрии и отсутствие стимулов для её развития, плюс пиратство — всё это порождает замкнутый круг;
  • профессионального порноконтента не хватает, а тот, что есть, остаётся почти всегда экономически невыгодным и «серым».

В таких условиях есть немало людей, которые так и не решаются от порно перейти к настоящему сексу. Хотя порнографию и так нельзя считать учебником по интимному взаимодействию. Как итог, в своём девственном статусе можно застрять на много лет, даже имея искреннее желание вырваться из этого плена.

Эпоха виртуализации со всеми вытекающими…

Противники порнографии любят рассказывать о том, как это явление развращает общество. Сторонники же, наоборот, утверждают, что порно помогает сподвигнуть застенчивых людей к более активной сексуальной жизни. А вот сексологи и психологи выделили несколько явлений, которые стали наиболее характерными именно с начала 2000-х годов, с массовым распространением интернета:

  • зависимость от порно стала развиваться именно в это время, когда раздобыть очередную порцию контента можно фактически бесплатно, когда ради этого не нужно никуда идти и ничего покупать — складывается ощущение общедоступности;
  • большие объёмы порно и несколько часов в день, проводимые за мастурбацией, не делают человека более развитым в сексуальном плане, поскольку нет никакого внешнего стимула, чтобы разнообразить свои интересы;
  • в число таких зависимых попадают не только люди, столкнувшиеся с разводом, семейным насилием, изменой или так называемыми токсичными отношениями — иногда порнозависимость накрывает людей ещё в юном возрасте, а потом они таковыми и остаются.

В итоге на приём к сексологу, к психологу приходят люди (как мужчины, как и женщины), которым исполнилось уже по двадцать — тридцать лет или даже больше. Они рассказывают, что никак не могут начать первые сексуальные отношения, не говоря уж о том, чтобы завести семью. Хотя нельзя утверждать, что эти люди ничего не знают про секс. Ведь они регулярно смотрят порно.

Но весь их опыт — только теоретический, виртуальный. Он никак не связан с реальной интимной практикой, потому что порно не создают с целью научить людей заниматься сексом. Вот и выходит, что на подступах к реальному близкому контакту появляются совсем не те эмоции, что были при просмотре порно. У кого-то возникает страх, у кого-то — отвращение, у кого-то — просто неуверенность в себе. Что угодно, но только не сексуальное желание и возбуждение.

Рефлексия и зависимость — не одно и то же

Порнозависимость иногда также называют порнофилией. Звучит так же, как многие другие названия сексуальных девиаций, при которых люди получают удовольствие только от чего-то одного. Получается, что это даже не болезнь, как наркомания или алкоголизм. Это просто стремление весь свой интерес в сфере близких отношений удовлетворять через просмотр, иногда через чтение, чаще всего — одновременно с мастурбацией.

Такое может проходить незаметно для окружающих. Мужчины и женщины иногда уверены, что смогут в будущем создать семью или просто завести с кем-то отношения, вот только пока они не встретили «того самого» или «ту самую».

На самом деле всё намного проще. Зачем прилагать усилия, терпеть чью-то неидеальность, если можно вместо этого наслаждаться «идеальными», а точнее идеализированными образами из порно? А несовершенства есть у каждого: в отличие от актёров и актрис из видео, у живых людей есть свои запахи, микроскопические воспаления и щетина на коже и многое другое…

Однако запрещать порно и по-прежнему держать его в табуированном статусе — по мнению большинства сексологов, плохая идея. Ведь практика наглядно показывает: запреты ничего не дают, кроме того, что производство остаётся только наполовину легальным, а полноценная индустрия так и не формируется.

В то же время надо что-то делать с положением, когда из-за тотальной виртуализации сформировалось внушительная прослойка порнофилов — социально и физиологически полноценных людей, которые хотят вступить в отношения, но не могут этого сделать. Предлагают несколько возможных решений:

  • сделать порно отчасти легальным, но контролировать его просмотр — например, выписывать абонементы вроде рецептов на лекарства, которые будут ограничивать время и количество просмотров;
  • вывести на более высокий уровень само производство, создать полноценную индустрию и вытеснить низкопробное порно за счёт качественного;
  • повышать сексуальную просвещённость людей, популяризировать услуги сексологов, чтобы люди не стеснялись и не боялись обращаться к специалистам.

С психологической точки зрения, порно действительно в некоторые моменты способно быть лекарством. Просмотр или чтение помогают человеку отрефлексировать неприятный или тревожный опыт, чтобы оздоровиться. Но ведь на любое лекарство можно подсесть, и тогда его эффективность снизится, а качество жизни упадёт. Вот от этого и нужно предостерегать людей.


Правда, в большинстве стран ещё явно далеки от того, чтобы решать эти проблемы. Вместо этого продолжают обсуждать необходимость вводить в обиход сексуальное просвещение, устанавливают всё новые ограничения на контрацептивные средства. Кое-где до сих пор не могут разобраться, что считать эротикой, а что — порнографией. Общую ситуацию пока что не особо торопятся улучшать.

В общем, едва ли поколение 30-летних девственников и девственниц в ближайшее время разбавит толпа тех, кто уже обрёл сексуальный опыт или вскоре обретёт его. Купить секс-игрушки — не проблема. Посетить сексолога — тоже. Теперь загвоздка лишь в том, чтобы всё это стало более популярным и востребованным, чем было прежде.